Является ли Моджтаба Хаменеи истинным лидером Ирана? Дональд Трамп ищет возможного проамериканского главу в Тегеране

Накал войны и смена власти в Иране

Начавшаяся в феврале крупная война между Ираном, США и Израилем привела к разрушениям на Ближнем Востоке и тяжелейшему энергетическому кризису. В результате первых ударов погиб давний верховный лидер страны — аятолла Али Хаменеи, который занимал должность с 1989 года и обладал безграничной властью. Присутствие столь сильной фигуры определяло устойчивость режима, он единолично принимал основные стратегические решения.

Моджтаба Хаменеи: унаследованная власть и сомнения в легитимности

После гибели аятоллы Али Хаменеи, пост верховного лидера занял его сын — Моджтаба Хаменеи. Однако, несмотря на формальные полномочия, ему не удалось получить ту же степень безоговорочного подчинения и уважения, которой обладал его отец. Ставленник Корпуса стражей исламской революции (КСИР), он оказался во многом зависим от воли этого мощного военного формирования. Кроме того, отмечается, что Моджтаба был ранен во время одного из ударов и с тех пор, кроме как в статусе «джанбаза» (ветерана войны), не показался на публике. Его отсутствие в медиа, а также всего два письменно опубликованных заявления вызвали у иранцев волну подозрений относительно реального положения дел и даже состояния его здоровья.

Структура высшей власти в Исламской Республике

Иранская система власти остается крайне сложной и многоуровневой — это наследие Исламской революции 1979 года. Структура управления базируется на доктрине «велаята-э факих» — правления исламского правоведа, который, как считают, осуществляет власть от имени исчезнувшего двенадцатого имама-махди. При этом пост верховного лидера подразумевает не только духовное, но и светское руководство страной, а специальная канцелярия (байт) позволяет лидеру напрямую вмешиваться в работу всех правительственных институтов.

Усиление роли КСИР

Корпус стражей исламской революции традиционно сохранял большую политическую и военную автономию. В условиях войны и после гибели старых лидеров КСИР стал ключевым игроком стратегического планирования. Его многоуровневая структура и наличие подготовленных кандидатов на замену позволяют быстро восполнять потери среди командиров. Несмотря на гибель ряда ярких фигур, КСИР сумел сохранить боеспособность и управляемость, доказав живучесть модели, выстроенной еще во времена ирано-иракской войны (1980–1988).

Возможный лидер по версии США

Пока окончательная легитимность Моджтабы Хаменеи вызывает вопросы, администрация Дональда Трампа, согласно утечкам, рассматривает возможность поддержки иранского политика Мохаммада Бакера Калибафа (или Галибафа) как потенциального переговорщика и даже будущего лидера. Калибаф — спикер парламента, бывший командующий КСИР, экс-мэр Тегерана и бывший кандидат в президенты. Он пережил волну атак, сохранил влияние и фигуру «политического тяжеловеса», последнее время активно выражал позицию страны, а также по сведениям израильских и американских источников, вел переговоры с США относительно следующих этапов войны.

Политическая элита и оставшиеся ключевые фигуры

Помимо Моджтабы Хаменеи, в стране действует сложная система, где власти делят между собой духовенство, парламент и президент. Особым ударом стала гибель Али Лариджани — опытного переговорщика и посредника между различными центрами силы. Из оставшихся влиятельных фигур различного спектра взглядов выделяют:

Ахмад Вахиди — новый глава КСИР, опытный руководитель, участвовал в войне с Ираком, командовал силами «Кудс», боролся с внутренней оппозицией. Исмаил Каани — нынешний глава «Кудс», тайный координатор внешних операций с союзниками и шиитскими группами в регионе. Алиреза Тангсири — командующий ВМС КСИР, ответственный за операции по блокаде Ормузского пролива. Голамхоссейн Мохсени-Эджеи — глава судебной системы, известен как жесткий руководитель и бывший глава разведки. Масуд Пезешкиан — нынешний президент, полномочия которого в системе уравновешиваются влиянием КСИР, что особенно проявилось недавно после его попытки извиниться перед странами Персидского залива. Саид Джалили — бывший секретарь Высшего совета национальной безопасности, ветеран войны, известный своей бескомпромиссностью, проигравший президентские выборы 2024 года. Айятолла Алиреза Арафи — ведущий член Совета стражей конституции, выбран в состав временного коллегиального органа после смерти Хаменеи. Аббас Аракчи — опытный министр иностранных дел, ведший переговоры с западными, российскими, китайскими и ближневосточными партнерами.

Кризис преемственности и перспективы

В целом исламская республика удерживает устойчивость за счет сложной институциональной структуры и наличия многослойной системы власти. Однако гибель ключевых фигур, отсутствие публичного лидерства, затянувшийся кризис доверия и зависимость ряда новых руководителей от КСИР продолжают порождать неопределенность.

На этом фоне внешние игроки, прежде всего США и Израиль, стараются использовать разногласия и ищут выходы для влияния на будущий альянс, возможную перестройку элиты или переговорные процессы, ориентируясь на таких фигур, как Калибаф. Дальнейшее развитие событий зависит от баланса сил в новой иранской верхушке, способности КСИР сохранить контроль и возможности умеренных политиков найти точку согласия в условиях продолжающейся внешней угрозы.